Учредитель Министерство культуры Республики Крым

Выставка «Без срока давности»

Дата:

К концу ноября 1941 года немецко-румынские войска захватили большую часть Крымского полуострова. Начался период оккупации, который продолжался долгие два с половиной года и был весьма насыщен разными интересными событиями. Эти события касались всех сфер жизни оккупированного Крыма, имели разный масштаб и по-разному влияли на жизнь крымчан. В чем-то они были похожи на то, что происходило в других советских регионах, захваченных нацистами. Другие события, наоборот, имели уникальный характер, который позволяет выделить Крымский полуостров на общем фоне реальностей оккупации.

На протяжении всего периода оккупации реальная власть на Крымском полуострове принадлежала командующему местных частей Вермахта, военно-административный аппарат которого складывался следующим образом.

С ноября 1941 по июль 1942 года в Крыму развернулись интенсивные бои. В связи с тем, что теперь полуостров стал тылом немецких войск, вся полнота власти на его территории перешла к соответствующим органам 11-й полевой армии генерал-фельдмаршала Эриха фон Манштейна. А именно: к коменданту тылового армейского района, имевшего по номенклатуре Вермахта 553-й номер (Kommandant rückwärtiges Armeegebiet 553 или Korück 553). Все время, пока эта армия находилась в Крыму, им руководил генерал-лейтенант Генрих Дёла. После передислокации 11-й полевой армии под Ленинград, ее военно-административные функции перешли к новой структуре – аппарату Командующего войсками Вермахта в Крыму (Befehlshaber Krim). На протяжении всего периода оккупации этот пост занимали пять человек, наиболее известных из которых считается генерал-полковник Эрвин Йенек.

Административный аппарат нацистского режима был представлен полевыми и местными комендатурами. Эти учреждения управляли оккупированной территорией, поддерживали порядок, боролись с партизанами и подпольщиками, занимались мобилизацией резервов для ведения войны и т.п. Всего за период с 1941 по 1944 год в Крыму действовали 4 полевые и 23 местные комендатуры.

Оккупанты придавали большое значение психологической обработке населения. В сентябре 1942 года при военной администрации был создан специальный Штаб пропаганды «Крым», главной целью которого являлась нейтрализация последствий идеологической деятельности советской власти. Этот штаб имел по всему полуострову разветвленную сеть представительств, посредством которой нацистские пропагандисты и их помощники из числа местного населения руководили учебными заведениями, театрами, библиотеками, музеями и т.д. Выпускалось большое количество газет и прочей печатной продукции на русском, крымско-татарском и немецком языках. Почти каждый город и районный центр имели свой печатный орган. Добиваясь поддержки населения, оккупационные власти особенно охотно использовали факты недавнего прошлого. В газетах, на плакатах и в других пропагандистских материалах были преданы гласности трагически факты насильственной коллективизации, репрессий, религиозных преследований, осуществлявшихся советской властью в довоенный период. Эти и другие факты, неизвестные широкой общественности, производили на крымчан угнетающее впечатление. А некоторых даже привели на путь открытого сотрудничества с оккупантами.

Параллельно с некоторыми экономическими послаблениями, оккупанты осуществляли широкую программу ограбления Крыма. В Германию вывозили оборудование, сырье, продовольствие, произведения искусства и музейные экспонаты. На работу в промышленности и сельском хозяйстве Германии было вывезено почти 86 тыс. человек. В результате, к 1944 году экономика полуострова практически замерла, а жизненный уровень населения резко упал даже относительно не очень сытных лет довоенного периода.

Характерной чертой «нового порядка», который нацисты устанавливали на оккупированных территориях, был террор. Не являлся, в данном случае, исключением и Крымский полуостров. На собственной земле основная масса крымчан превратились в людей низшего сорта. Их жизнь регламентировалась приказами и правилами, нарушение которых каралось расстрелом или заключением в концлагерь. Одними из первых акций нацистов после оккупации Крыма стали регистрация и уничтожение «расово-неполноценных» (евреи, крымчаки, цыгане) и «враждебных» (коммунисты) элементов. Эти функции были возложены на уже упоминавшуюся оперативную группу «Д» (Einsatzgruppe D).

За все время оккупации было расстреляно 71 921 мирный житель и 19 319 советских военнослужащих; замучено 18 322 человека гражданского населения и 25 615 человек военнослужащих; угнано в рабство 85 447 человек. Общая сумма ущерба гражданам, колхозам и государственным предприятиям и учреждениям местного подчинения составила в денежном выражении 14 346 421,7 тыс. руб.

Первый раздел носит название «Карательные операции, направленные на централизованное уничтожение мирного населения» и основой его являются акты о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков, составленные руководителями партизанских отрядов Крыма и районными комиссиями по расследованию злодеяний нацистов.

Второй раздел «Уничтожение голодом и создание заведомо невыносимых условий существования» объединяет документы земельных общин, городских дум, районных управ, промышленных предприятий и т. п., характеризующих чрезвычайно тяжелые условия существования мирного населения на оккупированной территории.

Третий раздел — «Преступления против детства» представлен докладными записками директоров крымских школ о нарушении нормального хода учебного процесса, о материальных проблемах учеников и сложностях переживаемого времени. Особо следует выделить документ «Из воспоминаний бывшего директора Мамкского детского дома М.С. Прусс о судьбах воспитанников». Этот детский дом в период оккупации стал спасительной гаванью для сотен детей разных национальностей: русских, татар, украинцев, евреев. Осенью 1941 г. часть воспитанников Симферопольских детских домов была эвакуирована на Кавказ, незначительная их част осталась в Крыму. Однако выявить документы о деятельности детских домов Крыма в период 1941-1944 гг. не удалось, имеется только одно дело с отчетами по симферопольским детским домам за 1943 г., где указано их количество — 41. В деле есть сведения о штатах детских домов и о движении воспитанников. Так, в Мамакском детском доме на 1 октября 1943 г. числилось 90 воспитанников и 19 сотрудников. Часть старших воспитанников детского дома в 1943 г. ушли в партизаны. Все воспитанники-евреи, попадая в детский дом М.С. Прусс получали метрики на новые имена, что спасало им жизни. В архивных документах имеются разные сведения о количестве спасенных детей от 36 до 882. Доподлинно известны имена 25 из них.

В четвертом разделе «Угон на принудительные работы» представлены с одной стороны, документы оккупационных властей, рассказывающие о прекрасной жизни в Германии, с другой — письма и воспоминания наших граждан, угнанных насильно в Германию и Австрию, показывающих реальное положение жизни остарбайтеров.

В шестой раздел «Нацисты и их пособники — преступления без срока давности. По материалам следственных дел» объединены протоколы допросов свидетелей, совершенных оккупантами преступлений, и допросов обвиняемых — сообщников или пособников фашистов.

1ГА РК. Ф. Р-1299. Оп. 1. Д. 42.

2ГА РК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 40. Л. 3.

 

RU   QT
Обратная связь